7 июля 2025 года директор Национального агентства перспективных проектов утвердил два документа. Первый — Положение о лицензировании деятельности по организации игр в интернете, лотерей и букмекерской деятельности. Второй, зарегистрированный под номером 3642, — перечень категорий граждан Узбекистана и иностранных граждан, которым участие в играх, основанных на риске, в лотереях и букмекерских пари запрещено.
В перечень, в частности, включены:
- лица, не достигшие совершеннолетия — базовое ограничение, распространяющееся и на проведение связанных со ставками платежей;
- лица, признанные судом недееспособными или ограниченно дееспособными;
- лица, зарегистрированные в информационной системе «Единый реестр социальной защиты», а также члены их семей;
- лица, включённые в «железную», «молодёжную» и (или) «женскую» тетради;
- отдельные категории государственных служащих, включая сотрудников органов прокуратуры.
Обратите внимание на формулировку: это не рекомендация оператору и не обязанность гражданина воздержаться. Это перечень, по которому оператор обязан проводить проверку.
Что такое «социальные тетради»
Для читателя за пределами Узбекистана термин «железная тетрадь» звучит загадочно, поэтому нужен контекст.
«Железная тетрадь» появилась в 2020 году как механизм адресной поддержки в период пандемии. Это список семей, нуждающихся в материальной помощи, который ведётся не централизованно-абстрактно, а в разрезе каждой махалли, района, города и области. Смысл был в том, чтобы хокимы и ответственные структуры видели реальное положение дел на местах.
Осенью 2020 года систему расширили. К «железной тетради» добавили «молодёжную тетрадь» — список молодых людей, нуждающихся в социальной поддержке и трудоустройстве, и «женскую тетрадь» — реестр безработных и нуждающихся в поддержке женщин. Оба списка ведутся отдельно от «железной».
Со временем «тетради» встроились в общую архитектуру социальной защиты: через соответствующие фонды семьям, включённым в реестр малообеспеченных, предоставляется социальная помощь, включая поддержку по улучшению жилищных условий и охране здоровья.
То есть на момент легализации беттинга у государства уже существовала работающая, детализированная до уровня махалли база людей в уязвимом финансовом положении. Регулятору не пришлось строить механизм с нуля — он подключил ставки к тому, что уже было.
Почему запрет распространяется на семьи
Самая нетипичная деталь перечня — распространение ограничения на членов семей лиц из Единого реестра социальной защиты.
Логика здесь понятна, если посмотреть на проблему не через права отдельного взрослого, а через бюджет домохозяйства. Социальная помощь адресована семье. Если один её член проигрывает эти средства, страдают все остальные, включая детей. Запрет только для самого получателя помощи легко обходится: ставки делает супруг или взрослый сын с той же карты и того же семейного бюджета.
Такой подход последователен, но он же самый спорный. Совершеннолетний дееспособный человек лишается доступа к легальной услуге не за собственные действия, а по факту родства и социального статуса семьи. В большинстве юрисдикций подобное ограничение вызвало бы серьёзную дискуссию о соразмерности.
Декларативная защита против процедурной
Чтобы оценить масштаб отличия, полезно сравнить подходы.
Декларативная модель — доминирующая в мире. Оператор обязан размещать предупреждения о риске, предоставлять инструменты самоограничения (лимит депозита, пауза, самоисключение) и не принимать ставки от несовершеннолетних. Всё остальное — зона ответственности самого игрока. Защита включается только тогда, когда человек сам осознал проблему и обратился за помощью.
Слабое место очевидно: игровая зависимость характеризуется как раз отрицанием проблемы. Инструмент, требующий инициативы от того, кто менее всего способен её проявить, срабатывает поздно.
Процедурная модель, выбранная Узбекистаном, работает иначе. Она не спрашивает человека, считает ли он себя в зоне риска. Она сверяет его с государственным реестром на входе. Если человек в списке — регистрация не проходит, вне зависимости от его самооценки и намерений.
Это принципиально более сильная защита для тех, кого она покрывает. И принципиально более жёсткое вмешательство государства в частное решение — то и другое одновременно.
Как фильтр должен работать технически
Механизм опирается на три опоры, зафиксированные в правилах.
Обязательная идентификация. Играть на лицензированных площадках вправе резиденты и нерезиденты Узбекистана старше 18 лет. Без подтверждения личности проверка по реестрам невозможна, поэтому анонимная регистрация исключена по определению.
Только безналичные расчёты. Все расчёты должны осуществляться исключительно через банковские карты. Наличные исключены полностью. Это не только антиотмывочная мера — это ещё и способ привязать каждую транзакцию к идентифицированному лицу.
Сверка с государственными системами. Проверка по «Единому реестру социальной защиты» и «тетрадям» требует доступа оператора к соответствующим данным или к сервису проверки статуса. Именно эта интеграция и есть техническое ядро всей конструкции.
Совокупно это означает: лицензированный букмекер в Узбекистане не может быть просто сайтом с линией. Это должна быть система, встроенная в государственную цифровую инфраструктуру.
Три неудобных вопроса к модели
Оценивать регулирование честно — значит видеть не только замысел, но и уязвимости.
Вопрос первый: приватность. Чтобы проверить статус, оператор должен так или иначе узнать, относится ли человек к социально уязвимой категории. Это чувствительные данные. Насколько защищён канал такой проверки и что именно видит коммерческая компания — вопрос, от ответа на который зависит доверие к системе. Оптимальное решение — когда оператор получает не сведения о статусе, а бинарный ответ «допуск разрешён / запрещён».
Вопрос второй: актуальность реестров. Социальный статус меняется. Человек может выйти из «молодёжной тетради», найдя работу, но остаться в базе до следующего обновления. Возникает риск ложных отказов, а механизма быстрого обжалования в публичном доступе пока не описано.
Вопрос третий: смещение в тень. Фильтр эффективен только внутри легального периметра. Человек, которому отказано в регистрации у лицензированного оператора, не перестаёт хотеть сделать ставку — он идёт туда, где его никто не проверяет. Жёсткий барьер на входе в легальный сектор без одновременной работы с нелегальным может дать обратный эффект: наиболее уязвимая группа окажется в наименее защищённой среде.
Главный парадокс: фильтр без рынка
И здесь мы подходим к главному.
Букмекерская деятельность в Узбекистане разрешена с 1 января 2025 года. Порядок лицензирования утверждён, перечень запрещённых категорий утверждён, требования к расчётам утверждены. Но по состоянию на 2026 год ни одна компания лицензию не получила — заявок в НАПП попросту не подавали.
Это означает, что описанный выше механизм существует исключительно на бумаге. Некому проверять игроков по реестрам, потому что нет ни одного оператора, обязанного это делать.
При этом спрос никуда не делся. Он обслуживается площадками с иностранными лицензиями, для которых узбекские социальные реестры не существуют в принципе. Ни «железная тетрадь», ни статус получателя соцпомощи, ни возраст, подтверждённый государственным документом, там не проверяются.
Получается парадокс: страна создала, вероятно, самый продуманный в регионе механизм защиты уязвимых групп от азартных игр — и он на сегодняшний день не защищает ни одного человека. Более того, ровно те люди, ради которых он писался, сейчас находятся в среде вообще без каких-либо фильтров.
Что это значит на практике
Для обычного человека. Лицензированного букмекера в Узбекистане пока не существует. Любая площадка, предлагающая свои услуги, работает вне национального правового поля: там нет ни проверки по реестрам, ни резервного фонда под местным контролем, ни регулятора, к которому можно обратиться при отказе в выплате. Понимать это стоит до регистрации, а не после спора о выигрыше.
Для оператора, рассматривающего рынок. Требование интеграции с государственными реестрами — это отдельная статья затрат и отдельный технический проект, который нужно закладывать в модель наравне с лицензионным сбором и резервным фондом. Вероятно, именно совокупность этих требований, а не какое-то одно из них, объясняет отсутствие заявок.
Для регулятора. Ситуация ставит неудобную дилемму. Смягчение требований снизит уровень защиты, ради которого всё строилось. Сохранение статус-кво оставляет уязвимые группы в нерегулируемой среде. Ни один из вариантов не выглядит очевидно правильным.
Частые вопросы
Кому запрещено делать ставки в Узбекистане?
Несовершеннолетним, лицам, признанным судом недееспособными или ограниченно дееспособными, гражданам из Единого реестра социальной защиты и членам их семей, лицам из «железной», «молодёжной» и «женской» тетрадей, а также отдельным категориям госслужащих. Полный перечень содержится в приказе НАПП от 7 июля 2025 года.
Что такое «железная тетрадь»?
Государственный реестр малообеспеченных семей, нуждающихся в материальной помощи. Ведётся в разрезе махаллей, районов, городов и областей.
За что отвечают «женская» и «молодёжная» тетради?
«Женская тетрадь» охватывает безработных и нуждающихся в поддержке женщин, «молодёжная» — молодёжь, нуждающуюся в социальной поддержке и трудоустройстве. Ведутся отдельно от «железной тетради».
Почему запрет касается членов семьи?
Потому что социальная помощь адресована домохозяйству, а не отдельному человеку. Запрет только для самого получателя легко обходился бы через родственника с тем же семейным бюджетом.
Действует ли этот механизм сейчас?
Нет. Проверку по реестрам должны проводить лицензированные операторы, но лицензий в Узбекистане пока не выдано.
С какого возраста разрешено участие?
С 18 лет. Участие несовершеннолетних в играх, ставках и лотереях, а также проведение связанных с ними платежей запрещены.
Вывод
Узбекистан сделал то, чего почти не делают другие: перевёл защиту уязвимых групп из области призывов в область процедуры. Вместо баннера «играйте ответственно» — сверка с государственным реестром на входе. Для людей в тяжёлом финансовом положении такая защита несопоставимо надёжнее добровольного самоисключения.
Цена этого решения — заметное вмешательство государства в частный выбор, включая ограничение для взрослых дееспособных людей по признаку родства, а также высокие технические требования к операторам, которые, судя по отсутствию заявок, оказались частью запретительного барьера.
Итог на середину 2026 года выглядит так: механизм написан, но не запущен. И пока он не запущен, самая защищённая на бумаге категория граждан остаётся полностью незащищённой на практике.
Материал носит информационно-аналитический характер и не является призывом к участию в играх, основанных на риске. Азартные игры связаны с риском потери средств и могут вызывать зависимость. Участие лиц младше 18 лет запрещено законом. Если игра перестала быть развлечением и начала влиять на финансы, работу или отношения, стоит обратиться за консультацией к специалисту.
Комментарии 0
Авторизуйтесь на сайте, чтобы добавить комментарий, лайк или дизлайк.